Ходы кривые роет

подземный умный крот,

нормальные герои

 всегда идут в обход.

Песня разбойников

из мультфильма «Айболит».

Нормальный герой

Не успел я понять, как это произошло, - так стремительно моё ТСЖ развалилось! Так же стремительно, как было создано!

С соседями познакомиться как следует не успел. Сразу навалилось много дел: и квартиру надо в порядок привести, и дом хоть немного подремонтировать, и жилищное законодательство изучить, и на жизнь заработать. В доме в основном общался с рабочими-ремонтниками. А тут ещё с немецкой фирмой загрузился, как оказалось, не совсем в тему. С соседями виделся урывками, «здравствуйте - до свиданья».

По началу, когда развил бурную деятельность и проводил выборочные ремонтные работы за счёт тех платежей, что были установлены на содержание и текущий ремонт общедомового имущества, смотрели они на меня с ожиданием и надеждой. После первого внеочередного сбора средств на ремонт - уже с опаской. Начали, как будто сторониться: встретятся во дворе, глаза опустят и прошмыгнут мимо. Когда объявил о сборе на софинансирование капитального ремонта, началось молчаливое сопротивление. Объявляю общее собрание - приходят несколько человек с агрессивным настроением.

Такой вражды я от соседей не ожидал. Жил себе - поживал как будто в стороне от них. И на вот тебе, напросился!       Выходить из квартиры неприятно. Кого не встретишь - всяк морду на бок воротит, даже не поздоровается. Ну, подождите, дорогие соседи! Не на того нарвались!

По натуре я оптимист. На развал ТСЖ среагировал спокойно. Не было бы счастья, да несчастье помогло! Отстранение от управления домом высвободило время для подготовки к санированию первого в городе панельного дома нашей серии. Основное в своем доме сделано: и трубы не текут, и электроэнергия не вырубается. А в подъездах хоть и нет «евроремонта», но зловонные запахи тоже удалены. Остальное может подождать.

Немецкая фирма определила состав пилотного проекта, включая организацию санирования первого дома, методику изучение рынка потребности домов Задонска в санировании, формирование модульной системы санирования панельных домов нашей серии.

За свою жизнь мне ни разу не приходилось участвовать в такой деятельности. Правда, вся жизнь ракетчика - сплошной затяжной пилотный проект: только освоил один тип ракеты, тебя переводят на модернизированный, а затем и более совершенный тип. Но моё участие в этом процессе было ограничено чёткими должностными обязанностями и функциями исполнителя, установленными разработчиками. Да и коллектив армейский значительно отличается от моего соседства и даже от коллектива Екатерина Александровны.

Разработку проекта для немецкой фирмы начали совместно с подрядной ремонтно-строительной организацией и Михаилом Васильевичем, проектировщиком из областного института. К работе привлекли моих пенсионеров, членов правления ТСЖ «Защитник»: Ивана Ивановича - бывшего главного технолога и Наталью Аистарховну - бывшего главного экономиста домостроительного комбината, заручившись их обязательством сохранять от соседей коммерческую тайну - своё участие в разработке проекта. Этим я планировал убить двух зайцев: включить в проект специалистов и обеспечить в дальнейшем активную поддержку разработчиками проведения проекта на нашем доме.

Начало внедрения проекта на доме ЖСК планировали на средину мая. После разработки проект согласовали с областным министерством ЖКХ (в этом нам помог Владимир Валерьевич, начальник отдела реформирования ЖКХ министерства) и направили на утверждение немецкой фирме.

Моя занятость «напрягла» Наталью. После завершения маломальского ремонта квартиры и текущего ремонта дома жена почти не видела меня даже в отгульные дни. Начала тихо возмущаться: у всех мужья, как мужья - и детей в садик отведут, и в магазин зайдут, и жене внимание уделят! Соседи сидят себе целыми днями на лавочках Им довольно и того, что ты сделал! А ты их ещё на что-то большее раскачиваешь!

Пришлось объяснить ей, что им, может быть, и довольно, а мне вот не довольно. Когда на карту поставлено моё мужское достоинство, я ни перед чем не остановлюсь. Смогу я выполнить мужскую триаду: построить дом, посадить дерево и вырастить сына - значит, я мужчина, не смогу сделать первое - и дерево посадить некуда, и сына рожать не стоит!

Наталья как - будто притихла, но её недовольство моей сторонней занятостью периодически прорывалось.

Зима пролетел в трудах и ожидании.

В оговоренный срок два огромных трала привёзли к дому ЖСК «Литейщик» контейнеры с материалами и оборудованием немецкой фирмы для санирования дома.

Из кабины головного трала вышел Вильфрид и радостно приветствовал нас: «Принимайте груз!!!».

- Не спешите, Вильфрид Амадестович,- ответила Екатерина Александровна.- По нашему обычаю гостей встречают не работой. Зовите водителей, идём обедать. И время самое подходящее.

Когда она успела подготовить обед и накрыть шикарный стол с избыточным русским гостеприимством?! Чего тут только не было: зелень, огурцы, помидоры, болгарский перец, салаты, нарезанные колбасы трёх сортов, запотевшие бутылки «Путинки» и чешского пива, раки и даже - красная и чёрная икра! Немцы закрякали от удовольствия. К тому времени, когда на столе появились тарелки дымящейся донской ухи, они уже порядком захмелели. А после ухи и горячей осетрины оказались совсем неработоспособными. Выпив «на посошок», мы загрузили их в «Волгу» и отвезли в гостиницу.

Утром начали разгрузку.

За приёмкой привезенного с интересом наблюдал весь дом. Столпились вокруг контейнеров и сопровождали восторженными комментариями перенос каждой упаковки в подготовленное подвальное помещение.

Вильфрид комментировал каждую упаковку, а когда увидел, что я записываю его комментарии, передал мне комплектовочную ведомость и поручил отмечать разгруженные упаковки, продолжая комментировать их содержание.

Разгруженные тралы уехали. Вольфрид задержался на неделю, проведя с нами полный консультационный разбор последовательности работ. Подрядчики приступили к работам.

Пластмассовые трубы мы закупили на месте. Строительная фирма в предвкушении большой перспективы активно набросилась на работу и провела замену трубной разводки в течение месяца. Одновременно производилась отделке подъездов, установка евроокон, ремонт подвала и кровли.

По завершению этих работ приехал Вольфганг для наладки электронной схемы. С собой привёз портативный ноутбук с программами. Прозвонил схему контроля показателей поквартирных приборов учёта, провел наладочные работы системы и сдал выполненные работы приёмочной комиссии ЖСК. А с Еленой Александровной и её сыном Валеркой провёл семинар-тренинг по пользованию этой системой.

Оставалось самое видовое - санировать стены дома.

Присланные в последних контейнерах банки «тёплой штукатурки» - белоснежного жиднокристаллического теплоизоляционного покрытия позволили не только превратить стены в беломраморные, но и утеплить их. Как эта штукатурка утепляет стены, я не знаю, но беломраморными они стали. Дом преобразился.

На месте панельки ЖСК «Литейщик» с осыпавшимся «кабанчиком» (так называют облицовочную плитку стеновых панелей) и чёрными межпанельными швами появилось европейское чудо - белоснежный дворец с идеально гладкими стенами. А уж что в доме сотворили - «ни в сказке сказать, ни пером описать». В помещении правления стоит компьютер, с которого можно было не только показатели всех квартирных приборов учёта снимать, на даже регулировать отопление и отключать неплательщиков от электроэнергии и горячей воды.

По завершению работ я повесил в подъездах своего дома объявление с приглашением жильцов посетить ЖСК «Литейщик» и посмотреть, чего они себя лишили.

На сдачу выполненных работ прибыл Владимир Валерьевич со съёмочной группой областного телевидения. Екатерина Александровна расстаралась. Сдача прошла на славу! Я чувствовал себя героем!

Олигарх - тоже «нормальный герой»

А через день со мной начались непонятные события.

Вечером мне опять позвонил помощник олигарха и жёстким тоном настоятельно пригасил меня на собеседование. Я снова послал его по известному адресу.

Наутро заявились два мента при оружии, предъявили ордер на мой арест и под белы ручки препроводили меня в СИЗО в одиночную камеру. Жене сказал, чтобы не волновалась, завтра недоразумение будет разрешено и я буду дома.

Часа через два майор милиции устроил мне злобный допрос: куда делись 200 тысяч рублей со счёта нашего ТСЖ? Пытался ему объяснить, что никаких 200 тысяч на счёте ТСЖ не было, но он и слушать не стал, агрессивно напирая на уголовное преступление и требуя вернуть народные деньги, пока не поздно. Явно провоцировал на скандал с последующим физическим насилием. Показывал какую-то бумагу с многочисленными подписями, но не давал ознакомиться с ней. Я спокойно попросил его не говорить со мной в таком тоне и потребовал адвоката. Он с угрозой заявил: «Подожди, будет тебе адвокат, и не один!».

Во второй половине дня повезли меня в суд. Знакомый по первому нашему иску судья пожевал губами и огласил решение суда о заключении меня под стражу и принятии к рассмотрению иска о взыскании с меня 200 тысяч рублей в пользу ТСЖ «Защита». Я потребовал ознакомить меня с иском и предоставить возможность привлечь адвоката к рассмотрению дела. Судья пожевал губами и закрыл заседание.

Меня привезли в СИЗО и препроводили в камеру.

Действительно, в камере оказались два «адвоката». Узнал в них амбалов, подосланных ко мне прошлой осенью олигархом. Угрожая заточками, они потребовали вернуть деньги честных граждан. Успокоил обоих, временно отключил, связал и стал вызывать охрану. На мой стук никто не реагировал. Но когда амбалы очнулись и подняли вой, в камеру ворвались два мента, хорошо отходили меня резиновыми дубинками и препроводили в санчасть.

Наутро тот же майор посетил меня, ехидно спросил: «Ну как адвокаты?» - и предъявил акт о моём хулиганском поведении и сопротивлении охране. Я отказался подписывать акт, предупредил майора о его личной ответственности за произвол и провокацию: «Вам не удастся спрятаться за спину заказчика этой провокации!». Мне показалось, он немного растерялся от моей осведомлённости.

Я тоже немного растерялся от всемогущества олигарха. Правда, удивляться этому особенно не приходилось. В лихие девяностые вся страна попала под пяту олигархов, приватизировавших Россию и подмявших под себя президента - алкоголика. Беспредел, творившийся в стране, был на много «круче» того, что творит со мной олигарх местного разлива. Но ведь должна же быть на него какая-то управа?! Или ему даже губернатор не указ?! Или, как писал Грибоедов: «А судьи кто. За древностию лет к свободной жизни их вражда непримирима…»?! Правда, время пошло вспять. Со сменой президента началась новая эра «равноудалённости» олигархов. Равноудалился в Англию Березовский, сел на нары Ходорковский, сбежал в Израиль Гусинский… Но сколько их приспособилось под «вертикаль власти»!

Конечно, воевать с олигархом даже местного разлива мне не с руки. Не лезу я в политику. Но и не могу прогнуться под этого олигарха! Иначе уважать себя перестану.

Но что я могу сделать - один, да ещё избитый ментами, да ещё сидящей в СИЗО? А он не только на свободе - у него всё схвачено! И он тоже «нормальный герой» и тоже умеет «рыть кривые ходы»!

Да, попал я в историю! Духом не падаю, но и гимны не пою!

За этими размышлениями меня и застала Екатерина Александровна.

Рассказал ей свою историю с олигархом. Записала она мой рассказ на диктофон и посоветовала не волноваться. Уходя, оставила мобильник.

На другой день появился помощник олигарха и стал уговаривать не баламутить соседей и согласиться на переезд в другой дом. Я вновь послал его по известному адресу: «После того, что вы со мной сотворили, я принципиально никуда не перееду!».

- Ну смотри, - сказал он мне злобно в ответ.- Мы тебе предлагали - ты отказался. Переедешь в другой город - значительно севернее нашего! И не в отдельную квартиру, а в камеру!

Спасение - в единстве

Екатерина Александровна родилась и всю свою жизнь прожила в Задонске. Закончила Донской политехнический институт, проработала в городском строительном тресте тридцать лет, дважды за этот период избиралась в городской совет народных депутатов. В конце шестидесятых годов организовала для литейного цеха завода сельхозмашиностроения жилищно-строительный кооператив и стала его бессменным председателем.

Строительство кооперативного дома поручили только что созданному домостроительному комбинату. Комбинат этот был построен на базе французского оборудования, подаренного Задонску французским городом-побратимом.

Екатерина Александровна контролировала строительство кооперативного дома, особенно сварку панельных стыков и герметизацию швов.

Однажды ей пришлось участвовать во встрече городских властей Задонска с мэром города-побратима. Дом ЖСК «Литейщик» был одной из первых хрущёвок, построенных в Северном районе Задонска. Мэр французского города - импозантный мужчина - шёл в толпе сопровождающих задонских чиновников и строителей и восхищённо что-то говорил переводчице, а та что-то лепетала председателю горисполкома. Улучив момент, Екатерина Александровна спросила у переводчицы - чем восторгается мэр: кругом строительные площадки, сплошной свинорой, не пройти, ни проехать - чему тут восторгаться?

- А он считает, что эти большие бараки строят вроде бы для временного отселения центра города, чтобы проводить реконструкцию центра, - ответила переводчица.

- Он что, с рельс съехал? - удивилась Екатерина Александровна. - Какое тут временное отселение. У нас в Союзе нет ничего постоянней, чем временные сооружения!

После войны жилищная проблема оказалась насущной. Самая заселённая часть Союза была разрушена фашистами. Проектировщики получили правительственное задание на разработку наиболее экономичных серий многоквартирных домов. Поэтому экономичная панельная хрущёвка рассчитана на период эксплуатации сроком 40 -50 лет при условии проведения капитального ремонта через первые 20-25 лет и полной амортизацией стоимости через вторые 20-25 лет эксплуатации, после чего должно приниматься решение о выводе её из состава жилого фонда и сносе, либо реконструкции и модернизации. Но в этих хрущёвках и сегодня живёт большинство городского населения. Причём, по-русски - без всякого капремонта в первый период эксплуатации.

Но власти новой России как будто не замечают этого. Верховный совет Российской Федерации принял в 1992 году закон о приватизации жилищного фонда, статья 16 которого устанавливала, что приватизация занимаемых гражданами жилых помещений в домах, требующих капитального ремонта в соответствии с нормами эксплуатации и ремонта жилищного фонда, осуществляется, как правило, после проведения наймодателем капитального ремонта. При согласии граждан за непроизведенный ремонт наймодателем может выплачиваться соответствующая компенсация. Конечно, капитального ремонта никто не делал и компенсации никто не выплачивал.
Екатерину Александровну, да не её одну, возмущало это государственное лицемерие.

- Ну что вы крутитесь, как базарные щипачи, - говорила она, не стесняясь, на городских совещаниях по вопросам жилищного управления.- Вы ждёте, когда хрущёвки начнут складываться?! Воровать меньше надо, тогда и на ремонт деньги найдутся!

При санировании своего дома Екатерина Александровна настояла на вскрытии части панельных стыков для проверки состояния сварных швов. Слава Богу, сварка была выполнена добротно и надёжно заизолирована. А герметизацию швов пришлось обновить.

Арест Иванова взволновал Екатерину Александровну. Она знала этих типов, захвативших власть в городе. Такие ни перед чем не остановятся. Но почему напали на Иванова? Неужели за санирование дома? А что им плохого сотворило это санирование?

Она прорвалась к арестованному и только после его рассказа поняла, насколько серьёзная опасность ему угрожает. И не только ему. Первый прецедент ликвидации ТСЖ может привести к их повальному разгрому в Задонске. Городская мэрия давно точит зубы на самостоятельные ТСЖ и ЖСК, не приносящие чиновникам зёрнышек в их кормушки.

Удар по их коррупционным намерениям она нанесла статьёй в независимую газету «Народная трибуна». Зная, что эту газету не читают те, кто может повлиять на зарвавшихся муниципальных чиновников, она выслала номера с опубликованной статьёй в адреса губернатора, областного министра ЖКХ, областного прокурора и начальника областного управления внутренних дел, а так же в «Аргументы и факты» на имя Вячеслава Костикова, и в адрес Президента Российской Федерации. В сопроводительном письме в первые четыре адреса она сообщила, что выслала статью в два последних адреса.

Узнав от Иванова об угрозе помощника олигарха, Екатерина Александровна объявила председателям всех ТСЖ и ЖСК Задонска общий сбор для создания городской ассоциации управляющих домами. На общем собрании управдомов города она огласила события, приключившиеся с Ивановым, пригласила познакомиться с санированием её кооперативного дома и предложила учредить ассоциацию управдомов города. Иванова избрали в правление ассоциации.

Скоро сказка сказывается

Пока наша «скоростная» российская почта доставляла отправленную корреспонденцию, пока наша российская бюрократия регистрировала, читала и реагировала на убойную статью, местечковый коррумпированный механизм олигарха исправно работал в заданном направлении.

Дело о преступных деяниях Иванова быстро обрастало свидетельскими показаниями, вещественными доказательствами, экспертными заключениями, протоколами следственных действий. Судья рассматривал оба дела: кража крупных денежных средств (часть 1 статьи 58 ГК РФ - до двух лет лишения свободы) и хулиганство (часть 1 статьи 213 - до 5 лет лишения свободы), к которому приобщили статью 318 УК РФ «Применение насилия в отношении представителя власти» (часть 1 - до 5 лет лишения свободы). На каждом заседании перечитывал все бумаги, неоднократно возвращал дела на доследование, короче - «тянул резину». И всё это время Иванов сидел в СИЗО, где его «прессовали» в темпе: регулярно переводили из камеры в камеру, постепенно усложняя ему житьё-бытьё, подсаживали психопатов, провоцировали на новое «преступление». Акты о нарушении режима Ивановым составлялись ежедневно. Местные адвокаты один за другим отказывались от защиты на второй день, едва ознакомившись с делами.

Вот когда пригодились Владимиру Владимировичу те черты характера, которые вырабатывались армейской выучкой. Он не вступал с провоцирующими его ментами в конфликт,

А следствие шло не спеша.

( продолжение следует)

Дизайн :
Яндекс.Метрика